Zina: Зина и её подруга превратили обычные посиделки в необычный закрытый клуб. Сначала к ним присоединялись только женщины, но однажды они решили пригласить и мужчин — с довольно забавным «испытательным сроком». Уже самая первая смешанная встреча показала, что новое правило изменит их компанию сильнее, чем они ожидали.
«Погодите. А где мне раздеваться?»
Мужчина, которого подруга впервые привела ко мне домой, замер в прихожей с бутылкой минералки в одной руке и пакетом винограда в другой.
Я указала на вешалку и совершенно спокойно ответила:
«Прямо здесь. Такое у нас правило».
Меня зовут Зина, мне 37, и около года назад мы с подругой создали маленький закрытый клуб для тех, кто любит проводить время без одежды.
Всё началось исключительно с женщин: вместе загорали, ходили в баню, устраивали расслабленные посиделки дома.
Но со временем возник вопрос.
Почему мы вдруг решили, что мужчины автоматически всё испортят?
И вот теперь передо мной стоял наш первый «кандидат».
Я уже разделась, но неожиданно поймала себя на том, что нервничаю сильнее, чем он.
Одно дело — находиться в привычной женской компании. И совсем другое — намеренно стоять совершенно голой перед почти незнакомым мужчиной и ждать, когда он сделает то же самое.
Он посмотрел на меня.
Потом на подругу.
Потом снова на меня.
«Вы серьёзно?»
И вот тут мне стало по-настоящему любопытно: он развернётся и уйдёт или всё-таки останется?
Наш клуб начался почти случайно.
Однажды вечером мы с подругой вернулись из бани и стали обсуждать, до чего же нелепо, что мы два часа абсолютно спокойно проводим без одежды среди других людей, а потом торопливо кутаемся в полотенца, будто только что произошло что-то запретное.
«Нам нужен свой клуб», — сказала она.
Я рассмеялась.
Через две недели нас было уже четверо.
Сначала мы встречались летом. Выбирали тихие места, брали фрукты, воду, книги, пледы и целый день загорали.
Потом пришла осень, и мы перенесли встречи в баню.
К зиме родились наши домашние посиделки.
Правило я придумала сама:
Одежда остаётся в прихожей.
Звучит куда страшнее, чем есть на самом деле.
Самое забавное — всегда первые тридцать секунд.
Человек разувается, снимает одежду и вдруг совершенно не знает, куда деть руки.
Потом заходит на кухню, кто-нибудь спрашивает: «Чай или кофе?» — и мозг неожиданно переключается.
Через десять минут все уже спорят о фильмах.
Именно этот эффект я и обожала.
Сначала ты остро ощущаешь собственное тело. Чувствуешь воздух на коже. Щёки горят. Тебе кажется, что все вокруг замечают каждую мелочь.
А потом внезапно понимаешь, что тебя просто окружают обычные люди.
Кто-то стройный. Кто-то помягче. Кто-то спортивный. У кого-то шрамы, родинки, неровный загар или другие совершенно нормальные особенности.
Именно поэтому мысль пригласить мужчин нас одновременно и интересовала, и тревожила.
В одном мы сошлись сразу: никаких случайных незнакомцев.
Только те, кого действительно знал кто-то из нашей компании.
И, смеясь, мы придумали второе условие: мужчина должен пережить первый вечер, не превращая вид женского тела в сцену из дешёвой комедии.
Это была шутка, конечно, но границы для нас имели значение.
Смотреть было можно. Мы не делали вид, будто вдруг перестали видеть друг друга.
Можно было делать комплименты, смеяться, разговаривать, знакомиться.
Но никому не позволялось воспринимать чужую открытость как разрешение становиться навязчивым.
Тот первый мужчина в прихожей в конце концов выдохнул.
«Ладно. Если правила для всех…»
Через минуту он появился на кухне, покрасневший почти до самых ушей.
Неожиданно ко мне вернулось собственное смущение.
Хотя это была моя квартира и мои правила, я вдруг остро осознала один простой факт:
Он меня видит.
Полностью.
Внутри поднялось знакомое напряжение — тот самый инстинктивный первый порыв прикрыться, а второй, ехидный голос спрашивал:
«Зина, серьёзно? Ты сама всё это организовала».
Так что я осталась стоять у стола.
Он прилагал почти героические усилия, чтобы смотреть исключительно мне в глаза.
Старался так усердно, что в итоге я не удержалась.
«Расслабься. Ты себе шею свернёшь».
Все расхохотались.
И вот тогда напряжение исчезло.
Мы ели виноград, заказали пиццу, включили музыку.
Потом кто-то предложил сыграть в карты.
Через час наш новичок уже сидел на полу и азартно доказывал, что мы неправильно считаем очки.
Самый смешной момент случился, когда приехал курьер.
Зазвонил домофон, и пятеро взрослых людей вдруг разом замолчали.
«Кто пойдёт?» — спросила подруга.
Все посмотрели на меня.
«Почему всегда я?»
Пришлось накинуть халат и спуститься за заказом.
Курьер протянул мне коробки, и тут сверху донёсся громкий смех.
Он посмотрел на меня.
Потом перевёл взгляд на окна квартиры.
«Вечеринка?»
«Ты даже не представляешь».
Когда я вернулась, меня встретили аплодисментами.
После того вечера мужчины постепенно перестали казаться каким-то отдельным «опасным видом».
Один привёл друга, которого мы уже знали.
Позже к нам присоединился ещё один знакомый.
Компания росла очень медленно, и мне это как раз нравилось.
А потом, летом, наша смешанная компания впервые вместе поехала загорать.
И вот тогда я снова почувствовала тот самый знакомый щелчок адреналина.
В квартире стены создают ощущение защищённости.
На природе всё чувствуется острее: ветер, солнце, трава под ногами и осознание, что вокруг тебя мужчины и женщины, которым так же комфортно естественно существовать в собственном теле.
В какой-то момент я поймала на себе взгляд одного из мужчин.
Он тут же отвёл глаза.
И почему-то это заставило меня улыбнуться.
Мне нравится, когда меня замечают.
Не стану притворяться.
Мне и самой интересно смотреть на людей — не оценивать их как товар, а просто подмечать различия: движения, типы фигур, возраст, уверенность или застенчивость.
Пожалуй, это и было самое важное открытие, которое подарил мне наш клуб.
Отсутствие одежды не отменяет притяжения.
Оно просто убирает большую часть драмы вокруг него.
Сегодня наши встречи стали маленькой традицией.
Летом мы загораем.
Зимой ходим в баню.
А иногда просто собираемся у кого-нибудь дома.
Правило прихожей уцелело.
Недавно к нам на встречу впервые пришла новенькая.
Она стояла у двери, прижимая к себе свитер, и прошептала:
«Мне правда нужно всё оставить здесь?»
Я сразу узнала это выражение лица.
Точно такое же я видела у нашего первого гостя-мужчины.
«Спешить необязательно, — сказала я ей. — Но через десять минут ты, скорее всего, посмеёшься над собой за все эти переживания».
Она решилась.
Через полчаса она уже сидела с нами на кухне, ела пиццу и рассказывала историю с таким увлечением, будто знала всех в компании много лет.
Уже уходя, она вдруг обернулась.
«Зина, а когда следующая встреча?»
Это, пожалуй, лучший отзыв, который когда-либо получал наш маленький клуб.
Я стала гораздо спокойнее относиться к собственному телу и телам других людей.
Мне нравится, что в 37 я могу смотреть на себя и не искать сразу же то, что нужно исправить.
И да, мне по-прежнему приятно ловить на себе заинтересованный взгляд.
Разница в том, что теперь я сама решаю, где проходит граница.
Кстати, тот самый первый мужчина по-прежнему приходит на наши встречи.
Более того, теперь именно он обычно встречает новичков.
Недавно я услышала из прихожей его совершенно серьёзный голос:
«Одежда остаётся здесь. Не переживай. Первые пять минут — самые странные».
Я чуть не поперхнулась чаем.
Так что если есть другие взрослые единомышленники, которым по душе такая расслабленная и весёлая компания, я всегда рада новым знакомствам.
Только помните одно:
Отменять правило прихожей никто не собирается.
Мужчина, которого подруга впервые привела ко мне домой, замер в прихожей с бутылкой минералки в одной руке и пакетом винограда в другой.
Я указала на вешалку и совершенно спокойно ответила:
«Прямо здесь. Такое у нас правило».
Меня зовут Зина, мне 37, и около года назад мы с подругой создали маленький закрытый клуб для тех, кто любит проводить время без одежды.
Всё началось исключительно с женщин: вместе загорали, ходили в баню, устраивали расслабленные посиделки дома.
Но со временем возник вопрос.
Почему мы вдруг решили, что мужчины автоматически всё испортят?
И вот теперь передо мной стоял наш первый «кандидат».
Я уже разделась, но неожиданно поймала себя на том, что нервничаю сильнее, чем он.
Одно дело — находиться в привычной женской компании. И совсем другое — намеренно стоять совершенно голой перед почти незнакомым мужчиной и ждать, когда он сделает то же самое.
Он посмотрел на меня.
Потом на подругу.
Потом снова на меня.
«Вы серьёзно?»
И вот тут мне стало по-настоящему любопытно: он развернётся и уйдёт или всё-таки останется?
Наш клуб начался почти случайно.
Однажды вечером мы с подругой вернулись из бани и стали обсуждать, до чего же нелепо, что мы два часа абсолютно спокойно проводим без одежды среди других людей, а потом торопливо кутаемся в полотенца, будто только что произошло что-то запретное.
«Нам нужен свой клуб», — сказала она.
Я рассмеялась.
Через две недели нас было уже четверо.
Сначала мы встречались летом. Выбирали тихие места, брали фрукты, воду, книги, пледы и целый день загорали.
Потом пришла осень, и мы перенесли встречи в баню.
К зиме родились наши домашние посиделки.
Правило я придумала сама:
Одежда остаётся в прихожей.
Звучит куда страшнее, чем есть на самом деле.
Самое забавное — всегда первые тридцать секунд.
Человек разувается, снимает одежду и вдруг совершенно не знает, куда деть руки.
Потом заходит на кухню, кто-нибудь спрашивает: «Чай или кофе?» — и мозг неожиданно переключается.
Через десять минут все уже спорят о фильмах.
Именно этот эффект я и обожала.
Сначала ты остро ощущаешь собственное тело. Чувствуешь воздух на коже. Щёки горят. Тебе кажется, что все вокруг замечают каждую мелочь.
А потом внезапно понимаешь, что тебя просто окружают обычные люди.
Кто-то стройный. Кто-то помягче. Кто-то спортивный. У кого-то шрамы, родинки, неровный загар или другие совершенно нормальные особенности.
Именно поэтому мысль пригласить мужчин нас одновременно и интересовала, и тревожила.
В одном мы сошлись сразу: никаких случайных незнакомцев.
Только те, кого действительно знал кто-то из нашей компании.
И, смеясь, мы придумали второе условие: мужчина должен пережить первый вечер, не превращая вид женского тела в сцену из дешёвой комедии.
Это была шутка, конечно, но границы для нас имели значение.
Смотреть было можно. Мы не делали вид, будто вдруг перестали видеть друг друга.
Можно было делать комплименты, смеяться, разговаривать, знакомиться.
Но никому не позволялось воспринимать чужую открытость как разрешение становиться навязчивым.
Тот первый мужчина в прихожей в конце концов выдохнул.
«Ладно. Если правила для всех…»
Через минуту он появился на кухне, покрасневший почти до самых ушей.
Неожиданно ко мне вернулось собственное смущение.
Хотя это была моя квартира и мои правила, я вдруг остро осознала один простой факт:
Он меня видит.
Полностью.
Внутри поднялось знакомое напряжение — тот самый инстинктивный первый порыв прикрыться, а второй, ехидный голос спрашивал:
«Зина, серьёзно? Ты сама всё это организовала».
Так что я осталась стоять у стола.
Он прилагал почти героические усилия, чтобы смотреть исключительно мне в глаза.
Старался так усердно, что в итоге я не удержалась.
«Расслабься. Ты себе шею свернёшь».
Все расхохотались.
И вот тогда напряжение исчезло.
Мы ели виноград, заказали пиццу, включили музыку.
Потом кто-то предложил сыграть в карты.
Через час наш новичок уже сидел на полу и азартно доказывал, что мы неправильно считаем очки.
Самый смешной момент случился, когда приехал курьер.
Зазвонил домофон, и пятеро взрослых людей вдруг разом замолчали.
«Кто пойдёт?» — спросила подруга.
Все посмотрели на меня.
«Почему всегда я?»
Пришлось накинуть халат и спуститься за заказом.
Курьер протянул мне коробки, и тут сверху донёсся громкий смех.
Он посмотрел на меня.
Потом перевёл взгляд на окна квартиры.
«Вечеринка?»
«Ты даже не представляешь».
Когда я вернулась, меня встретили аплодисментами.
После того вечера мужчины постепенно перестали казаться каким-то отдельным «опасным видом».
Один привёл друга, которого мы уже знали.
Позже к нам присоединился ещё один знакомый.
Компания росла очень медленно, и мне это как раз нравилось.
А потом, летом, наша смешанная компания впервые вместе поехала загорать.
И вот тогда я снова почувствовала тот самый знакомый щелчок адреналина.
В квартире стены создают ощущение защищённости.
На природе всё чувствуется острее: ветер, солнце, трава под ногами и осознание, что вокруг тебя мужчины и женщины, которым так же комфортно естественно существовать в собственном теле.
В какой-то момент я поймала на себе взгляд одного из мужчин.
Он тут же отвёл глаза.
И почему-то это заставило меня улыбнуться.
Мне нравится, когда меня замечают.
Не стану притворяться.
Мне и самой интересно смотреть на людей — не оценивать их как товар, а просто подмечать различия: движения, типы фигур, возраст, уверенность или застенчивость.
Пожалуй, это и было самое важное открытие, которое подарил мне наш клуб.
Отсутствие одежды не отменяет притяжения.
Оно просто убирает большую часть драмы вокруг него.
Сегодня наши встречи стали маленькой традицией.
Летом мы загораем.
Зимой ходим в баню.
А иногда просто собираемся у кого-нибудь дома.
Правило прихожей уцелело.
Недавно к нам на встречу впервые пришла новенькая.
Она стояла у двери, прижимая к себе свитер, и прошептала:
«Мне правда нужно всё оставить здесь?»
Я сразу узнала это выражение лица.
Точно такое же я видела у нашего первого гостя-мужчины.
«Спешить необязательно, — сказала я ей. — Но через десять минут ты, скорее всего, посмеёшься над собой за все эти переживания».
Она решилась.
Через полчаса она уже сидела с нами на кухне, ела пиццу и рассказывала историю с таким увлечением, будто знала всех в компании много лет.
Уже уходя, она вдруг обернулась.
«Зина, а когда следующая встреча?»
Это, пожалуй, лучший отзыв, который когда-либо получал наш маленький клуб.
Я стала гораздо спокойнее относиться к собственному телу и телам других людей.
Мне нравится, что в 37 я могу смотреть на себя и не искать сразу же то, что нужно исправить.
И да, мне по-прежнему приятно ловить на себе заинтересованный взгляд.
Разница в том, что теперь я сама решаю, где проходит граница.
Кстати, тот самый первый мужчина по-прежнему приходит на наши встречи.
Более того, теперь именно он обычно встречает новичков.
Недавно я услышала из прихожей его совершенно серьёзный голос:
«Одежда остаётся здесь. Не переживай. Первые пять минут — самые странные».
Я чуть не поперхнулась чаем.
Так что если есть другие взрослые единомышленники, которым по душе такая расслабленная и весёлая компания, я всегда рада новым знакомствам.
Только помните одно:
Отменять правило прихожей никто не собирается.
Смотрите видео-превью RudeFly
Вы прочитали часть истории. Теперь посмотрите, что на самом деле представляет собой RudeFly.
▶ СМОТРЕТЬ БЕСПЛАТНОЕ ПРЕВЬЮ
Регистрация не требуется
Хотите прочитать всю историю?
Создать бесплатный аккаунт
